Государственное казенное учреждение Свердловской области
г. Екатеринбург, ул. Вайнера, д. 17
Телефон: +7 (343) 376-31-03

 

Главная / "Год Д.Н. Мамина-Сибиряка в Свердловской области" / Земле родной есть за что благодарить Вас, друг и учитель наш!

Земле родной есть за что благодарить Вас, друг и учитель наш!

18 июля 2022

"Год Д.Н. Мамина-Сибиряка в Свердловской области"

Урал богат на талантливых людей, в число которых, несомненно, входит Дмитрий Наркиссович Мамин-Сибиряк. В 2022 году исполняется 170 лет со дня рождения писателя. В связи с этим событием Губернатор Свердловской области Евгений Владимирович Куйвашев объявил 2022 год, годом Д.Н. Мамина-Сибиряка в Свердловской области.

 

На хранении в Государственном архиве Свердловской области (далее – ГАСО) находится уникальный фонд Мамина-Сибиряка, который является частью огромного количества документальных материалов, хранящихся в других архивах. Наибольшую значимость данного фонда составляет семейная переписка – ценнейший материал для знакомства с личностью писателя и теми условиями, в каких жил и творил свои произведения; тут же свыше 50 рукописей (беловых, черновиков, набросков, списков с авторскими правками), необходимых для изучения творческой работы писателя.

 

К сожалению, творчество Дмитрия Наркиссовича в полной мере не было оценено при его жизни, настоящее признание пришло к нему лишь после смерти.

 

В рамках данной статьи мы постараемся воссоздать образ писателя, опираясь на воспоминания его современников, чьи рукописи бережно хранятся в  ГАСО.

 

Итак, мы начинаем.

 

Дмитрий Мамин появился на свет 25 октября (6 ноября) 1852 года в поселке  Висимо-Шайтанского завода (ныне поселок Висим) в семье священника.

 

 

Фото 1

 

Отец писателя – Наркисс Матвеевич Мамин настаивал на обучении сына в духовной семинарии в Екатеринбурге, но слабый здоровьем Дмитрий серьезно заболел, и его пришлось забрать из училища.

 

Долгое время Дмитрий Наркиссович не мог определиться с призванием. Отправившись в 1872 году в  Санкт-Петербург, он решает поступить на ветеринарный факультет медицинской академии. Вскоре осознав, что это не его путь поступил на отделение естественных наук, но и к этому направлению он вскоре охладел. В 1876 году Мамин поступил на юридическое отделение Санкт-Петербургского университета. На факультете его интересовало изучение политической экономии и целой группы политических и социальных наук. Но и это увлечение было не так глубоко, так как получить диплом ему так и не удалось. Причиной тому была огромная жажда художественного творчества, и стремление это искало выхода[1].

 

В 1875 году было положено начало по части беллетристики и рассказов. В 1876 году он дебютировал с первым романом под названием «В водовороте страстей». Но Мамин не придавал успехам никакого значения. Петербург перестал его удовлетворять, можно сказать разочаровал. В большую литературу не пускали, на почве нервных волнений обострился туберкулез. Убедившись, что с Петербургом отношения не заладились, он решает ехать на Урал.

 

Дмитрий Наркиссович считал, что поправиться он сможет только на родине, поэтому принимает решение вернуться. В 1877 году он приезжает в Нижнюю Салду, куда был переведен отец. Здесь же писатель знакомится со своей первой супругой Марией Яковлевной Алексеевой, брак с которой продлится 13 лет[2].  В 1890 - е гг. Мамин развелся с женой, в этот же период познакомился с актрисой Екатеринбургского драматического театра Абрамовой Марией Морицевной. В январе 1891 года состоялось бракосочетание, по другим источникам, брак с Абрамовой не был официально зарегистрирован. Вскоре, супруги переезжают в Санкт-Петербург. В 1892 году у них родилась дочь Елена, к несчастью, через день после рождения дочери, горячо любимая супруга умирает. Дмитрий Наркиссович остался с новорожденным ребенком на руках. С появлением Елены, или как ласково называл ее писатель – Аленушки, Мамин-Сибиряк начинает писать произведения для детей, которые будут многократно переиздаваться еще при его жизни. В 1897 году детские рассказы вышли отдельным изданием «Аленушкины сказки».

 

Говоря о творчестве, хотелось бы отметить, что излюбленным жанром Дмитрия Наркиссовича стал социально-бытовой роман, позволявший охватывать широкий круг лиц и событий[3]. «Его живой интерес к общественно-экономическим проблемам, внимательное изучение действительности, острая наблюдательность характеризуют Мамина-Сибиряка,  как художника. Отсюда необычайное разнообразие и многосторонность показа жизненных явлений. Горнозаводские рабочие, крестьяне, раскольники, купцы, промышленники, чиновники – вся это многоликая галерея выступает в портретной и психологической индивидуализации, с социально-типическими чертами. Знание действительности помогло писателю нарисовать изумительные по художественной выразительности и широте социального охвата картины из жизни пореформенного Урала и уральской старины»[4]

 

 

Фото 2

 

Из-под его пера вышли такие произведения, как роман «Горное гнездо»,  литературный цикл «Уральские рассказы», а также самое известное творение – «Приваловские   миллионы» и многое другое. Пожалуй, без преувеличения можно сказать, что описать быт людей горнозаводского Урала, лучше, чем это сделал Мамин-Сибиряк, не удалось никому.

 

Мы не могли не привести общеизвестные факты о биографии писателя. А теперь самое время узнать то, каким он был при жизни, каким запомнился людям знавшим его.

 

В фонде 136 «Мамин-Сибиряк Д.Н. – писатель (1852-1912). 1874-24.11.1937» сохранились воспоминания профессора энтомолога Юлия Михайловича Колосова, который был знаком с писателем, а впоследствии женился на Екатерине Степановне Соколовой, являвшейся подругой дочери писателя - Елены Дмитриевны Маминой.

 

Первая встреча Колосова и Мамина-Сибиряка произошла в 1903 году, когда тот был еще ребенком. В тот год писатель приехал на крестины своего племянника – Олега Мамина, правда прибыл с большим опозданием и был заочно записан крестным отцом мальчика.

 

В ту первую встречу Мамин запомнился Колосову человеком роста чуть выше среднего, коренастым и плотным, с густой шевелюрой темных волос на голове. «Очень интересны были его глаза со своеобразным разрезом, которого мне у других никогда более не приходилось встречать и который придавал его лицу особый отпечаток чего-то индивидуального, лично ему присущего, не шаблонного. Он был оживлен, громко разговаривал с присутствующими, смеялся»[5].

 

Детская память запечатлела энергичного и полного жизни человека. Но проблемы со здоровьем, преследовавшие писателя в последние годы жизни наложили свой отпечаток. Последняя встреча Колосова с писателем произошла в 1912 году.

 

 

Фото 3

 

В этот год отмечался 40-летний юбилей творческой деятельности Дмитрия Наркиссовича. Со всей страны ему приходили поздравительные телеграммы, а те, кто мог, приходили поздравить писателя лично. В составе одной из таких делегаций  был Юлий Колосов. Вот как он описывает свою последнюю встречу с Маминым: «…прибыли к трем часам на квартиру Мамина. Он жил на углу Малой Подьячей и Екатерининского канала. Мы явились последними, когда подношение адресов и приветствий уже закончилось. Невыразимо гнетущее впечатление испытал я тогда, когда нас ввели в просторную комнату служившую кабинетом, а теперь превращенную в спальню Мамина, и в полумраке от опущенных штор я рассмотрел юбиляра… Я смотрел на совершенно безжизненное, безразличное ко всему лицо с седыми волосами, с ввалившимися щеками с закрытым уже одним глазом и, наоборот, с ненормально расширенным, округлившимся, но тоже ничего не выражающим и возможно уже плохо видящим -другим. Впечатление ненужности того, что мы делаем было очевидно»[6]

 

Через несколько дней после описанного визита, Мамина-Сибиряка не стало.

 

Далее мы увидим писателя глазами врача по фамилии Лесовик. В 1909 году он прибывает в Царское Село для знакомства с Дмитрием Наркиссовичем. Войдя в чистую и уютную комнату «…на встречу поднялся сутуловатый, среднего роста, ядреный старик, с ярким пронзительным взглядом, с длинными седыми зачесанными по поповски, волосами, с редкой растительностью на лице. Левая рука висела на повязке. Одет он был рабочую блузу»[7]. Совершая поездку в Царское Село Лесовик преследовал конкретную цель – получить совет от писателя, стоит ли ему посвятить себя писательской стезе. На что писатель дает ответ: если писать, то только для детей: это самый лучший читатель, также Мамин рекомендует бросит ученье (то есть медицину) и отправится на Ухту, искать нефть, если нефти не будет, искать медь, руды и минералы. Или идти на Урал  – сокровищницу России. Это – будущего жемчужина[8]. Это была их первая и последняя встреча. Как потом напишет Лесовик, ему было до глубины души жалко «этого милого славного старика», который находился в Царском Селе как «в клетке, окруженный вымуштрованными людьми, среди начальства, под его неусыпным оком»[9].

 

В личном фонде писателя, кроме воспоминаний и газетных статей сохранились многочисленные поздравительные письма и телеграммы, адресованные Дмитрию Наркиссовичу. Все дело в том, что в 1912 году писатель отмечал 40-летие творческой деятельности. Нескончаемым потоком шли в его дом письма и телеграммы от коллег, ценителей творчества и земляков. Поздравляющие, все как один, желали Мамину крепкого здоровья, ведь ни для кого не было секретом, что последние годы жизни он тяжело болел.

 

Одно из писем помогло определиться с названием статьи. Хотелось найти что-то необычное, новое и емкое. И вот это удалось, документ от 31 октября 1912 года, заканчивался нужными словами: «Земле родной есть за что благодарить Вас, друг и учитель наш!»[10]. Под финальной фразой автографы всех причастных к поздравлению, среди которых был и Максим Горький.

 

Не вся поздравительная корреспонденция носила официальный характер, были среди нее и весьма интересные экземпляры. Например, из Перми пришла телеграмма, отличавшаяся содержанием от остальных. Хотелось бы привести текст полностью, сохранив пунктуацию и орфографию оригинального документа: «Гном и гномята из недр рифейских шлют свои лучшие добрые пожелания маститому земляку юбиляру да здравствует гордость Урала Дмитрий Наркиссович Мамин Сибиряк в сегодняшний день дорогой земляк отжившие свою буйную славу красавцы бойцы душегубы с родимой матушкой бурливой Чусовой в благодарной памяти благоговейно склоняются перед могучим талантом Певцу их былого раздолья громкое эхо заздравных тостов столицы в честь юбиляра победно звучит в горном гнезде великана урала утопая в живых воспоминаниях о приваловских миллионах и лихорадочной золотухе запечатлевая на фоне трех концов художественные черты из жизни Пепко и сливаясь дружным аккордом уральских рассказов в водовороте страстей с чудными звуками аленушкиных сказок Гном»[11].

 

Правда, самого виновника торжества уже вряд ли что-то могло удивить и развеселить. Писателя не станет через несколько дней после того как закончатся праздничные мероприятия, последние пристанище «певец Урала» обрел на Никольском кладбище Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге. Согласно выписке из его духовного завещания недвижимое и движимое имущество, наличные деньги, право собственности на литературные произведения, «одним словом все, что в день его, Мамина, смерти ему принадлежать окажется и к получению следовать будет, он завещает в пожизненное владение законной жене своей Ольге Францевне (вторая супруга писателя – прим. автора), а в полную и исключительную собственность усыновленной дочери своей Елене Дмитриевне Маминой»[12].

 

Менее чем через два года не станет и дочери писателя – Елены Дмитриевны.

 

Прямых потомков у «певца Урала» не осталось, но его литературное наследие не забыто и по сей день. 

 

 

Фото 4

 

Автор Минеева В.О., научный сотрудник отдела научно-исследовательской и методической работы

18.07.2022

 

Фото 1. Висимо-Шайтанск. Дом, где прошло детство Д.Н. Мамина-Сибиряка

Фото 2. Обложки журналов, где печатался Д.Н. Мамин-Сибиряк

Фото 3. Портрет Д.Н. Мамина-Сибиряка

Фото 4. Автограф Д.Н. Мамина-Сибиряка из письма к О.Е. Клеру



[1] ГАСО. Ф.136.Оп.1.Д.97а.Л.30

[2] ГАСО. Ф.136.Оп.1.Д.97а.Л.38

[3] ГАСО. Ф.136.Оп.1.Д.96.Л.322

[4] Там же.Л.242

[5] ГАСО.Ф. 136.Оп.1.Д.97.Л.2об.

[6] Там же..Л.14

[7] Там же..Л.17

[8] ГАСО Ф.136.Оп.1.Д.97. С.19

[9] Там же. С.21

[10] ГАСО. Ф.136.Оп.1.Д.96.Л.10

[11] Там же. Л.173-174

[12] ГАСО. Ф.136.Оп.1.Д.96. Л.42и

 


Наверх страницы