Вы используете устаревший браузер. Подробнее

Версия для слабовидящих
Государственное казенное учреждение Свердловской области

Государственный Архив Свердловской Области

«Это должен быть монумент»

«Сталь и гранит – символ Урала. В этих материалах и задуман монумент, ...чтобы всем строем, силуэтом выразить понятно и доступно, в честь кого поставлен памятник, и какое историческое событие он отражает».
 
Такова скупая формулировка творческой идеи, заключенная в прозаический архивный документ под названием «объяснительная записка». Объяснять приходилось свои предложения к проекту памятника Уральскому добровольческому танковому корпусу. Этого требовали строгие условия конкурса, проходившего в Свердловске в 1958 году. Среди тех, кто сочинял объяснения – скульптор Эрнст Неизвестный, участник выставок, член Московского отделения Союза художников СССР, ещё пока не изруганный Н. С. Хрущевым (это случится в 1962 г.). Проект, над которым вместе с другими трудился Эрнст Иосифович, так и шёл под девизом «Гранит и сталь». Сооружение задумывалось 10-метровой высоты: с гранитной скалы рвался вперёд стальной танк, на пьедестале – горельефы, изображающие фигуры тружеников тыла и фронтовиков, по бокам – стилизованные надолбы с нержавеющими, тоже стальными, военными орденами. Жюри конкурса динамичность композиции отметило сразу, но именно это не соответствовало поставленным условиям: мчащаяся в бой машина, по мнению специалистов, лучше смотрелась бы на фоне парка, а не на городской площади в окружении жилых домов. Не получило одобрения и предложенное авторами сочетание материалов, авторитетная комиссия посчитала, что сталь граниту противоречит.
 
Другие наработки Эрнста Неизвестного (а наш знаменитый земляк участвовал сразу в двух конкурсных проектах) встретили более благосклонно. Скульптор и целая группа архитекторов запроектировали в пространстве новой площади установить высеченный из гранитной глыбы танк с десантом пехоты. На восьми каменных плитах планировалось отобразить всю историю добровольческого корпуса. Тут же должна была подняться фигура сталевара, а ещё – фонтан, цветники, газоны. Этот сквер с монументом по итогам творческого состязания удостоился поощрительной премии в размере 1 500 рублей.
 
Художественным натурам памятник героям фронта и тыла представлялся по-разному. Самой, пожалуй, оригинальной оказалась идея известного архитектора П. В. Оранского. Он предложил водрузить скульптурную группу из танков и трёх фигур воинов на 6-этажный дом. В здании восьмигранной формы намечалось разместить общежитие: на каждом этаже шесть комнат на 3 – 4 человека, общая кухня, умывальник, два туалета, из дополнительных удобств – лифт и мусоропровод. Такое грандиозное сооружение свердловчане могли бы видеть издалека, с улицы Ленина, а гости города наблюдали бы прямо с железнодорожной магистрали Москва-Владивосток.
 
Интерес к будущему монументу был велик. Уральцы по праву гордились танковым корпусом, созданным и снаряжённым собственными руками в 1943 году. Многие из его бойцов, одержав победу над фашизмом, вернулись в родные края, трудились на предприятиях, и память их не просто была жива – она стучала в сердце.
 
На конкурс поступило 22 предложения. Все проекты выставили на общенародное обозрение в Окружном Доме офицеров. Люди шли тысячами. Тетради для отзывов заполнялись заинтересованными высказываниями.
 
Преподаватель горного института отмечал: «Герои Уральского танкового корпуса заслуживают настоящего монумента, который бы увековечивал славу павших смертью храбрых героев-танкистов и постоянно вызывал чувство высокого патриотизма у оставшихся в живых...»
 
Непосредственный участник сражений Великой Отечественной, танкист-уралец, сожалел: «...этот памятник запоздал на 15 лет» и категорически заявлял, что художники должны отразить «несокрушимость танкового корпуса, стремительность в его движении и мощность его брони и огня, о чём уже было доказано практически на фронтах, и на это не может быть никаких возражений!» Ветерану не приглянулся ни один проект: «Работ, чтобы сказать приличных, нет».
 
Молодёжь рассматривала макеты будущих памятников более благожелательно. Студентам УПИ понравилась бронзовая скульптура воина, приносящего присягу у знамени. Будущие педагоги оценили гранитный танк и фонтан. Курсанты военного училища поддержали проект колонны из труб нержавеющей стали, увенчанной фигурой солдата-победителя.
 
27 мая 1958 года состоялось обсуждение проектов памятников Уральскому добровольческому танковому корпусу. Заседание открыл начальник городского управления культуры, выступали архитекторы, художники, рабочие заводов, учёные, педагоги. Мнения высказывали свободно. Вариант «Гранит и сталь» (тот самый, который предлагал Эрнст Неизвестный) горячо поддерживала преподаватель литературы Свердловского строительного техникума. Она говорила: «А ведь это ново: гранитный постамент – это символ могущества, а сталь – символ победы. Это ново, и всякое новое встречает сомнение. Но это любопытно, это передовая мысль, отвечающая замыслу памятника».
Много спорили о танке, нужно ли, чтобы грозная машина обязательно присутствовала в композиции, у нас ведь и так они стоят «чуть не у каждой заводской проходной».
 
В ходе обсуждения один из ветеранов-танкистов горячо отстаивал собственную грандиозную идею: Родина-мать в образе женщины с ребёнком, стоящая на Уральском хребте. На голове ребёнка – лавровый венок, «а по спирали пустить танковый корпус, ... внизу дать две змеи. Одну из них Родина-мать давит ногой. Вокруг памятника поставить цепь с якорями. Это должен быть монумент».
В итоге бурной и продолжительной дискуссии решили первую премию не присуждать никому. Вторую премию отдали проекту под девизом «Стрела» скульптора В. М. Друзина и архитектора Г. И. Белянкина. Третьей премией отметили идею, которую разрабатывал тоже Г. И. Белянкин, но уже в содружестве с П. А. Сажиным. Обладателям наград порекомендовали объединить усилия для дальнейшей работы над памятником, что и было сделано.
 
22 февраля 1962 года на Привокзальной площади уральской столицы встал 14-метровый монумент. Рабочий и воин-танкист застыли на гранитном пьедестале, чтобы не забывали потомки славных дел предков. Каменная ладонь в рукавице из 1943 года словно прикрывает суетливую толпу наших современников от врагов и напастей, а мы в который раз встречаемся «под варежкой» в ожидании предстоящего счастливого пути и новых впечатлений.
 
Ольга Бухаркина